Адвокатска­я компания "ЛИХАЧЕВ и ПАРТНЕРЫ"
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Сентябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930
Архив записей
Полезные правовые советы
  • Правовые памятки
  • Информационные буклеты
  • Как защитить свои права
  • Общаемся с правоохранителями
  • Доступ к информации
  • Брошюры по судебным вопросам
  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Яндекс.Метрика
    Четверг, 21.09.2017, 01:31

    Фиктивное уголовное дело отобрало у жителей Шевченково 8 лет жизни

    Свыше 8 лет директора, завхоза и бухгалтера сельхозпредприятия Шевченковское уговаривали взять на себя несуществующую вину.

    И только теперь им удалось добиться не только закрытия уголовного дела, но и отсудить у государства моральную компенсацию.

    «Вы вещи взяли?»

    Эта история берет начало в середине девяностых — времени развала колхозов, расцвета ваучеров и приватизации. Трое жителей поселка Шевченково: Ольга Комарова, Виктор Григоренко и его сын Александр решили взять под свою опеку несколько разрушенных колхозов и организовать новое сельхозпредприятие «Шевченковское».

    — Тогда повально выкупали предприятия, работники вносили свои ваучеры, мы ездили по селам, выкупали их у людей, — рассказывает схему построения бизнеса экс-бухгалтер «Шевченковского» Ольга Комарова. — Больше всего ваучеров вложили я, директор Виктор Григоренко и завхоз — его сын Александр. Для полного выкупа имущества приходилось вкладывать и наличные — помню, я вложила 1000 грн., директор — 1500 грн. Мы брали хозяйства, которые были большими должниками. Погашали эти долги и начинали работать.

    Годы шли, фирма занималась ремонтом сельхозтехники, обслуживала несколько районов, в ее собственности была и земля. В целом предприятие процветало. Не удивительно, что доходная фирма привлекла внимание нечистых на руку, но очень влиятельных людей. И у руководства сельхозпредприятия началась «черная полоса» длительностью почти в целых 10 лет.

    — Сначала к нам приехали аудиторы из КРУ и устроили проверку. И не нашли к чему «подкопаться», — говорит Ольга Александровна. — Но КРУ заявило, что мы незаконно продали 20 сельхозмашин, которые якобы были в государственной собственности. Хотя по закону о приватизации, действовавшему на тот момент, можно было приватизировать все, что есть на балансе предприятия, в том числе и технику. А значит, техника не могла уже быть государственной. Да и вообще, мы продавали не трактора, а старые запчасти от них, в накладных так и записано. В общем, крутили-мутили и в итоге «пришили» нам ст. 191 ч. 5 УК — хищение государственного имущества в особо крупных размерах. А это — до 12 лет тюрьмы.

    Ущерба для государства руководящему составу предприятия насчитали аж 15 тыс. грн. В то время деньги были большими, за них можно было квартиру купить в Шевченково.

    — В июле 2004-го нас вызвали уже в качестве обвиняемых в областную прокуратуру. Заставляли писать под диктовку объяснительные — фактически признание в совершении преступления. А что нам оставалось делать? — сетует Ольга Комарова. — Завели в кабинет, закрыли и пока не напишете, говорят, никуда не отпустим. Следователь еще спрашивал: «Вы вещи взяли? Мы вас закроем в СИЗО».

    Обвиняемые решили погасить насчитанный ущерб, ведь им пообещали, что в таком случае их оставят на свободе, на подписке о невыезде. Но тем самым они косвенно признали свою вину. И началось... На предприятии арестовали счета, обоих Григоренко и Комарову отстранили от руководства. Убрав ключевые фигуры, предприятие возглавил другой акционер, который по своему усмотрению стал распоряжаться его имуществом.

    «Ждите, вас вызовут»

    А обвиняемых тем временем таскали по экспертизам и тянули следствие. Только в 2008 году дело направили в Купянский суд.

    — Судья не пожелала выносить оправдательный приговор, хоть там и есть все основания. Но особо ссориться с прокуратурой судам не хочется, поэтому дело просто отправили на доследование, — отмечает адвокат Роман Лихачев.

    И наших героев опять начали вызывать к следователю. Переквалифицировали дело с ч. 5 статьи на ч. 3 — там срок меньше. Следователь все время просил их признать свою вину, обещал, что тогда они получат условное наказание.

    — Мы ни в чем не были виноваты, ничего не совершали, а поэтому и признаваться нам было не в чем, — подчеркивает Комарова.

    Стоит сказать, что все это время люди так и находились под подпиской о невыезде. Поселок у них маленький, все друг друга знают, так что любое неверное движение могло привести к неприятностям со следователем. Ольга Комарова от нервных стрессов и отсутствия надлежащего лечения за 10 лет стала инвалидом II группы, но не могла выезжать в санаторий, хоть имела серьезные проблемы со спиной, и теперь уже почти не может передвигаться. А когда у Виктора Григоренко умерла мать, ему пришлось из-за страха возможного ареста выезжать на похороны в другой поселок ночью.

    — Мы даже внуков не могли свозить в Харьков в цирк!..

    Хуже всех пришлось Григоренко-младшему — Александру, которому было чуть за 30 лет. Его и на работу никто брать не хотел, и на заработки он уехать не имел возможности. Так и перебивался чем мог. После того как дело вернули на доследование, оно начало постепенно «теряться». То оно ушло в следственное управление, то в МВД, то в Шевченковскую прокуратуру, то в прокуратуру области... Последний ответ на запрос по поводу своего дела шевченковцы получили год назад из областной прокуратуры: мол, ждите, вас вызовут к следователю. Но наши герои не унимались, обратились к народному депутату Виктору Остапчуку. По его запросу Генеральная прокуратура Украины прислала ответ, что дело Григоренко и Комаровой закрыто еще в декабре 2010 (!) года.

    Белая полоса

    Кстати, сельхозпредприятие «Шевченковское» еще действует, но если раньше оно было самым успешным в районе, то теперь еле сводит концы с концами. Активы его стали намного скуднее, нет уже полей, парк сельхозтехники обеднел.

    А Комарова тем временем прочла в газете статью, что если против человека незаконно возбудили уголовное дело, то ему полагается моральная компенсация от государства в размере минимальной заработной платы за каждый месяц под следствием и судом.

    Подсчитали — на троих выходит около 600 тыс. грн. В августе 2013 года шевченковцы обратились в Червонозаводский суд г. Харькова.

    — Я сразу сказал, что перспектив в Украине у нас почти никаких. В Европе мы могли бы получить несколько миллионов компенсации. У нас же суды на сторону потерпевших становятся крайне редко, — сетует Роман Лихачев.

    Судья Червонозаводского суда решила, что более 8 лет под арестами, обысками и подпиской о невыезде не заслуживают моральной компенсации. Но вот областной Апелляционный суд таки стал на сторону измученных людей. На заседании присутствовали журналисты, возможно, это тоже повлияло на решение. Но компенсацию судьи уменьшили до 15 тыс. грн. на каждого — по-видимому, в связи с тяжелой экономической ситуацией в стране.

    — Это просто издевательство. Только на поездки к следователю за эти годы у них ушло больше денег, — сокрушается правозащитник.

    Но шевченковцы останавливаться не собираются. Они, несмотря ни на что, хотят добиться справедливости. Поэтому уже подали очередную апелляцию.

    — Помогает сила воли и злость. Злость на них всех. Нас ни за что мучили почти десять лет. Когда мне из областной прокуратуры позвонили и сказали, что, мол, ваше дело закрыто и забудьте о нем как о страшном сне, я не дослушала и ответила: «Чтоб вам такой сон снился до конца ваших дней!», — негодует Ольга Комарова.

    К слову, официально постановление о закрытии уголовного дела нашим героям до сих пор так и не вручили.

     

    14.05.2014

     

    Яна ТАРАСЕНКО

    Газета «Время»

    См. также:

    Вісім років на припоні


    Copyright MyCorp © 2017Бесплатный хостинг uCoz